Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

(no subject)

Вот не спрашивайте как меня туда занесло, но понадобилось посмотреть о Грюнвальдской битве. И, естественно вначале меня внесло в Википедию.
Она старательно проводит оценку войск. И вроде бы пытается быть объективной. Даже таблицу оценок различными учеными привела. Получается что-то вроде 20-30 тысяч с Польско-Литовской стороны и что-то около 12-20 с Тевтонской.
И я бы ушел удовлетворенный, - ну, мне хватит.
Но там стоит загадочная фраза:

В состав войска Великого княжества Литовского также входило 30 тысяч союзных татар под командованием Джелал ад-Дина.

Даже если принять максимум, и в Польско-Литовском войске было 39 тысяч душ, то получится, что это была битва татарской конницы с приданными им польско-литовскими пехотными частями против тевтонского ордена.

Ну и еще скромный вопрос, где Джедлаль ад-Дин набрал тех татар? Он в это время торчал вообще поначалу в Москве, а потом в Литве.

Басня.

Тут благодаря Г. Идельсону я обратил внимание на одну басню - не ту, что у него, но другую.
Начнем с предисловия.

Басня р. Йоханана бен Закая.
Однажды царь проходил таможенный пост. Сказал он своим слугам: заплатите таможенный сбор. «Так ведь таможенная служба – твоя она», - ответили ему приближенные.
На моем примере будут учиться все путники, и не будут заниматься контрабандой, – ответил им царь.

(ВТ, Сукка, 30а).

Ну, кроме того, что идея на неподготовленный взгляд выглядит этаким политическим европейским романтизмом эпохи этак после французских энциклопедистов, так вообще-то, все очень демократичненько: царь должен платить подати.

А вот теперь та же история, но только куда как в более реалистичном виде, и явный ответ к басне р. Йоханана. К тому же, к нынешнему недельному разделу.
БАСНЯ (сооружена из двух изложений: короткая основа Ялкут Шимони, а в квадратных скобках принципиальные добавления в Шохер Сехель тов – мне длинная версия вообще больше нравится).

Как-то Лев, Волк и Лис плыли на корабле, и подплыли к таможенному пункту. Взошел на корабль таможник Осел и потребовал заплатить таможенный сбор. Лис возмутился: это царская свита. Как это с нас брать сбор!
[– С царя беру – в его казначейство кладу, – отвечал Осел.]
Лев позвал Волка, и тот загрыз Осла. Потом царя позвал Лиса и велел аккуратно расчленить этого осла, Лис, когда дошел до ослиного сердца, [увидел, какое оно большое и прекрасное,] и съел.
А тут Лев, царь зверей, повелел сложить члены осла вместе. Когда Лев дошел в осмотре до сердца, он спросил: где же сердце, этого дурака?
- Не было у него никакого сердца, - отвечал Лис. Если бы у него было сердце, он бы не посмел требовать сбор у царя.
И тоже самое касательно фараона. [И понимающему достаточно.] Если бы у него было сердце, он не потребовал бы от Царя царей «Дай мне подарки».

* * *

Но вообще-то в этой басне все прекрасно. Во-первых, то, что у осла было «прекрасное большое сердце». Учтем, что басня еврейская, а значит, у осла были прекрасные, великие мысли (а не чувства, будь басня европейской) – в данном случае ослиные мысли об идеальных государственных порядках. Не менее прекрасно, что в финале, по провозглашенному мнению государственного мужа Лиса, полностью принятого царем зверей Львом, у Осла сердца вовсе не было, – то есть осел тварь безмозглая, не понимающая правильного государственного устройства.
Во-вторых, Лис в этой истории всем прекрасен. И тем, что он заступился за честь царя, и тем, что он поживился с этой истории, прикрывшись высокой идеологией.
В-третьих, уже к явно Маймонидовому проходу о свободе выбора: мораль басни увязана с мидрашем перед тем. Там фараон говорит Моше: «Не знаю никакого Всевышнего, он мне ни разу не посылал ни посланий, ни даров».
Понятно, что басня прикреплена к тому, что Всевышний «отяготил сердце Фараона… не отпускать народ». Понятно, что мидраш говорит, что это «отягощение сердца» не есть отнятие у фараона свободы выбора, потому что у него и «без того сердца не было», потому что он осел. так я уже сказал у фараона всегда были дурацкие представления об устройстве мира. Съешь ты то сердце или не съешь – все равно осел.

О политике в цитатах

Как мысли чёрные к тебе придут,
Откупори шампанского бутылку
Иль перечти «Женитьбу Фигаро» (с) Пушкин

Ну, вот, вместо "Женитьбы Фигаро", рекомендую прочесть "Государство страха". http://flibusta.is/b/107410
Там вообще-то о глобальном потеплении, но все написано ради вот этого:
"На протяжении полувека государства Запада поддерживали своих граждан в состоянии постоянного страха. Страх перед Советами. Страх ядерной войны. Коммунистической угрозы. Железного занавеса. Империи зла. Ну а в странах с коммунистическим режимом все было то же самое, только с точностью до наоборот. Страх перед Америкой, перед проклятыми капиталистами. И вдруг осенью 1989 года всему этому пришел конец. Все исчезло, разлетелось в прах. Кончилось. Падение Берлинской стены создало вакуум страха. А природа, как известно, не терпит пустоты. Вакуум следовало чем-то заполнить".
Ну, понятно, что история с освящением прессой ковида-19 полностью ложится в схему крайтоновского романа. Но я о другом.
Так вот, вспоминая другого автора, на голову приходит цитата: "Болезни человечества не детская корь, а старые закоренелые приступы подагры, и у него имеются некоторые привычки по части лечения… Где уж на старости лет отвыкать!" (с) Эренбург
То, что мы сейчас видим, это то, что Крайтону в голову тогда не пришло: проще всего восстановить холодную войну. Что активно и делается. На данный момент, у администрации все еще Трампа проблемка: с кем устраивать эту холодную войну: с Темнейшим Пу или с Коммунистическим Си. Пока там полный плюрализм в одной отдельно взятой администрации: кибератаку устроили агенты Темнейшего Пу или Коммунистического Си. И проблему с кем устраивать холодную войну эта администрация оставит в наследство следующей.

Пы. Сы. Здесь нет ни слова ни о Темнейшем Пу, ни о коммунистическом Си, або о политиках я говорю редко и только обиняками, потому что: "Папа, а есть на свете политик, о котором ты сказал хоть что-то хорошее?" (с) моя дочка Нооми.
Пы. пы. сы. Хотел бы я посмотреть Хулио Хуренито в издании 1922 г., потому как чует мое сердце, что по крайней мере некоторые предсказания в него были внесены в исправленное издание 1962.

(no subject)

Я полностью поддерживаю исключение из документов графы "пол". Во-первых, потому что некоторых ответ "мужской" или "женский" оскорбляет. Во-вторых ответ на эту графу открывает проявление самых разнузданных форм сексизма, с чем мы боремся. В-третьих, графа с англицким заголовком sex обидна для тех, у кого этого sex давно не было.
Я также настаиваю, что графа, требующая указать год рождения, является абсолютно недопустимой. Во-первых, напоминание о возрасте может быть ужасно обидным. Во-вторых, ответ на эту графу открывает проявление всевозможной дискриминации по возрастному признаку.
Я также настаиваю, что графу "фамилия" следует категорически исключить, ровно по выше упомянутым причинам.
Требую распространить правило карты из "Охоты на снарка" на все документы:

Для чего, в самом деле, полюса, параллели,
Зоны, тропики и зодиаки?
И команда в ответ: 'В жизни этого нет,
Это -- чисто условные знаки.

На обыденных картах -- слова, острова,
Все сплелось, перепуталось -- жуть!
А на нашей, как в море, одна синева,
Вот так карта -- приятно взглянуть!'

(no subject)

Чимароза.
Вариации на тему чижик-пыжик.
датировано где-то в конце прибывания в России (1791).
То, что текст знает, точно, потому что откуда иначе столько вариаций на птичьи темы.

Письмо князю Монако.

Ваше светлейшей высочество, княже Альберт!
Я тут в Грецию собрался. Во имя сохранения природы, немедленно присылайте яхту.
Заветам греттиным верны
Искренне Ваш...

ПыСы. Спасибо Крокету, который сообщил кому писать запрос на охрану природы.

(no subject)

Нет более советских слов в русской поэзии, чем вот эти:

Поэтом можешь ты не быть,
Но гражданином быть обязан.

Некрасов умер задолго до советской власти, но эти его строки на советских людей глядели/орали с плакатов и речей инструкторов райкомов. Нет тех плакатов, нет тех инструкторов райкомов, а заповедь о том, что все обязаны быть граждАнами, причем такими, чтобы политические убеждения укладывались в русло текущей моды осталась на века. Смешней всего, когда на танцорок, музыкантов и прочее разное примеряют:

Он, как свои, на теле носит
Все язвы родины своей.

И вот обласканная советской властью танцорка или актриса находит на себе язвы, коими ее уязвила проклятая власть:

Не глади на иконостас на груди моей
Погляди на страдание во душе моей.

Йосфиф Давидович Кобзон (З"Л) был очень советским человеком, причем настолько, что был советским как "рыба воды не знает". И когда советской власти не стало, остался советским человеком. Не перестроился. Позволил себе остаться тем, кто он есть. По мне, так ничего, кроме уважения к цельности натуры. И уж коли на то пошло, его позиция по Крыму, Донецку и Украине иной быть не могла, независимо от того, что и кто думает по Крыму, Донецку и Украине. Его правота в этом мнении - вне обсуждения - можете считать его по этому поводу врагом или считать союзником, только в любом случае не стоит отнимать у Йосифа Давидовича гражданской искренности в этом мнении.

Пы Сы Кстати, кто-нибудь помнит целиком стихотворение "Поэт и гражданин". Если кто-то забыл, советую, прочтите (https://ilibrary.ru/text/1115/p.1/index.html). Очень удивитесь.

(no subject)

Я тут про период после Сталина говорю.
Тут была дискуссия, почему деятели культуры Советскую власть не любили? Тут комплекс проблем, но один из важных факторов куда как прост:
Советская власть выступала в роли единственного работодателя и одновременно начальника. Начальников мало кто любит: "Если бы не дурак-начальник, я бы такой шедевр показал, и такую втулку бы сработал, а на него шарикоподшипник бы рукодельный приделал, и летела бы наша тачка как Гагарин".
У Софьи Власьевны были свои представления о том, что она заказывает деятелям культуры. У деятелей культуры собственно возможности уйти в другую контору не было. Вот и тихо ненавидели.А когда Софья Власьевна преставилась, ненавидеть стали громко.

В этом отношении показательна фраза Ландау сразу после смерти Сталина: "Передайте Зельдовичу, что я его задач больше решать не буду". За "задачи Зельдовича" Ландау получил, индульгенцию за прошлые грехи, звезду Героя и кучу благ. И все равно Зельдовича послали лесом, как только у Ландау появилась такая возможность. У артистов и им подобного возможности послать Зельдовича лесом не было.

На второй вопрос той же дискуссии, куда ушел талант великолепных советских деятелей, когда Софья Власьевна долго жить приказала? Ответ тоже прост: произошел слом времени, "корабль времени пошел ко дну". Нужны другие песни. Вот, вспомните, сколько великих деятелей до 1917, из тех, кто остался в России, оставил великие произведения после 1917? Правильно, ничтожно мало. Время ушло. Тоже самое: 1991 произошел слом времени. Петь по-новому смогли "не только лишь все". Кажется, класс в кино сумел показывать только Говорухин. После длинного периода молчания гений лубочного кино Митта (Это которой "Как царь Петр арапа" и Экипаж) сумел что-то начать делать. Кто еще? Даже Марк Захаров, создает перестроечного "Дракона", который в подметки не годится трем его предыдущим киношедеврам. А ведь казалось, что в том жанре, - продолжай и радуйся. Так вот вам фиг. Новые люди нужны.

Возвращаясь к старому.

Мандельштам. "Мы живем под собою..." (1933 г.)

Мы живем под собою не чуя страны,
Наши речи за десять шагов не слышны,
А где хватит на полразговорца, -
Там помянут кремлевского горца.

Кто эти "мы", которые живут под собою не чуя страны?
Как-то принято это "мы" относить к поэтам", к "думающим гражданам", и вообще к населению СССР. А собственно почему "мы" - это мы, а не кто-то другой.
Вот, например, почему чуть что "поминают кремлевского горца", а не куда более прозаического дяденьку из ОГПУ? Все же население боялось не горца, а ОГПУ-НКВД.
Давайте строку "наши речи за десять шагов не слышны". Чьи речи должны быть слышны дальше, чем за 10 шагов, а на практике не слышны? Как-то принято относить эту строку к тому, что население боится выражать недовольство вслух, но опять, как-то не вяжется одно с другим. Да, конечно, Мандельштам в философской лирике любит пропускать логические этапы-связки, но эти вирши сильно выбиваются из всего его творчества, да и вообще, он здесь пишет, по его же словам (Мемуары Горенштейн): "Это комсомольцы будут петь на улицах! В Большом театре… на съездах… со всех ярусов".

А если это "мы" как раз то самое, которое имеет отношение к съезду комсомольцев в Большом театре? Если это "мы" те самые большевики, которые проиграли Сталину? Тогда все стихотворение выстраивается легко и точно. Причем комментировать его надо Рютиным "Сталин и кризис пролетарской диктатуры".

Например: "Члены партии затравлены и запуганы партийным аппаратом... В прошлом партии господствовали полнейшее товарищеское доверие, готовность помогать друг другу, учить друг друга, жажда смело обсуждать все боевые, жгучие и спорные вопросы партии и страны как в интимных беседах, так и на собраниях. Теперь же царит взаимное подозрение и взаимная боязнь, недоверие и желание избежать обсуждения всяких политических вопросов из страха, что могут «пришить» уклон.

Коли так, так это остатки Рютинских товарищей, и Смирновская группа утверждают, что родимая партия "мы" (ВКП(б)) "живут под собою не чуя страны". Это они ненавидят "кремлевского горца", и боятся горца больше, чем боятся ОГПУ, потому как что им Гекуба ОГПУ? Они боятся решении ЦК

...ЦКК стала многочисленной кроватью, на которой диктатор справляет свои оргии – расправы с инакомыслящими членами партии и целыми организациями.

Как подковы кует за указом указ -
Кому в лоб, кому в бровь, кому в пах, кому в глаз.

Указы сии, коими бьют в лоб недовольных, горец кует через ЦК.

Это эти товарищи ненавидят окружение горца "Партийный аппарат и кучка окружающих Сталина карьеристов и льстецов...".

А вокруг его сброд толстокожих вождей,
Он играет услугами полулюдей.

А вообще-то населению окружение горца вполне до лампочки, оно ни к одному из них конкретно чувств не испытывает - разве что ко всем скопом.

Кстати (Мемуары Герштейн):

– Нет, нет! Это плохой конец. В нем есть что-то цветаевское. Я его отменяю. Будет держаться и без него… — И он снова прочел все стихотворение, закончив с величайшим воодушевлением:

Как подковы дарит за указом указ —
Кому в лоб, кому в пах,
Кому в бровь, кому в глаз!!

Вывод же простой. Страх перед ОГПУ-НКВД перерос у интеллигенции на ненависть лично к тов. Сталину, а потому явный анахронизм принятого понимания: "Мы, интеллигенция ненавидим тов. Сталина лично" сегодня незаметен, как не был он заметен уже в 70-е годы. В результате чисто фракционной партийной филиппике придано расширяющее значение.
И еще простой вывод: это про перегибы сталинской политики в партийном строительстве. Я бы сказал - даже не антисоветское, а наоборот - очень советское, только другой советской власти. Скажем, троцкисткой.
-----
Вдогонку. О качестве стихотворения:
страны-слышны, жирны-верны, вождей-людей, указ-глаз

(no subject)

Следующий опус "...За что расстреляли Косиора" интересен не для-ради биографии Косиора или истории Украины, а для ради исследования позиции автора опуса.
Итак был Павлоградский бунт (на "восстание" не тянет по малым объемам - на подавление бросили всего 80 человек, и этого хватило - хотя сегодня это называют "восстанием"). Осуждено 210 чел. (27 расстреляны).

Вообще-то вина Советской власти в создании обстановки, приведшей к этому бунту сомнений не вызывает. Так что вины две - крестьяне бунтовали, а власти спровоцировали.
Но здесь автор, как и все авторы этого сорта впадает в проблему буриданова антисоветского осла. Нужно доказать две вещи: 1) Все пострадавшие, пострадали безвинно (это расширения указания тов. Хрущева). 2) Народ смело выступал против злодеяний советской власти.

Автор старательно описывает, как выбивали показания. Кажись, ему нужно доказать, что бунтовщики пострадали безвинно. Хотя все же хочется, чтобы хоть кто-то с советской властью боролся.
Далее. в 1938 г. взяли за зад Косиора. И среди прочего обвинили в том, что он своим правлением спровоцировал Павлоградский бунт. Конечно, обвинили в стиле тех лет - он это сделал специально, чтобы досадить советской власти. Казалось бы, награда нашла своего героя, к сожалению слишком поздно.
Заложил Косиор всех. Но автор помнит, что тов. Косиор первый реабилитрованный (в 56 г. - тов. Хрущев позаботился о своих дружках-подельниках). Так что Косиору надо приписать мужество. Отсюда байка Роя Медведева о том, что у Косиора на глазах изнасиловали дочь, и тогда он сломался.
Опять автору хочется доказать два тезиса антисоветского осла: 1) тов. Косиор пострадал безвинно и является жертвой незаконных репрессий. 2) Так ему и надо, або сам тов. Косиор нехороший человек.

Короче - виноват Сталин.

ПыСы. Вина Сталина бесспорна. Потому как стрельнуть Косиора следовало намного раньше, что Сталин знал (осталось письменное признание Сталина от 32 г.), но не сделал, а тем самым Сталин виноват в преступной небрежности.